Однажды в мае, просидев мои  положенные два часа за компьютером, часов в 11  вечера, пошла в сарай пораньше накормить поросят, и по привычке посветила фонариком в стойло лошадки. Свет в сарае только в коридорах, и плохо видно, что в стойлах делается. Смотрю, Майка лежит. Думаю, что-то рано легла, даже пойла не дождалась. Просветила ее всю, и вижу, что под хвостом у нее слизь пошла прямо ручьем. Я ведра бросила и скорей в дом, Юльку кричать, что кобыла вроде рожать собралась  (Юлька – это дочка моя, ветврач). Да в такое время неудобное, в таком месте неподходящем… Надо бы в поле, да днем, когда светло и просторно… Юлька охнула, и, накинув кофточку, поспешила в сарайку. А я, на всякий случай, в ведро воды набрала, и за ней. Захожу, а Юлька прямо в диком восторге, мне тихонько говорит, чтоб кобылу не потревожить:

-Пришла, а жеребенок наполовину уже родился, вот прямо при мне весь вышел….Ты посмотри….посмотри….одни ноги…

-И ведь стала рожать, как только я  ушла,- удивилась я,- не хотела при людях…  Ой, какой страшненький…

И правда. Лежало на опилках существо, такое нелепое, ну, прямо специально не придумаешь. Все пространство перед кобылкой занимали его ноги. Голова была узкая и горбатая, весь мокрый и скользкий…А Майка…она лежала….и дотянулась только до морды жеребенка…облизывала его и чуть слышно с ним разговаривала, издавая нежнейшие горловые звуки…В первый раз слышу ее шептание….

-Что-то кобыла долго лежит,- обеспокоилась Юлька, а сама прямо тает от вида жеребенка, — ну-ка, я посмотрю ребятешку поближе, -и полезла в стойло Майки через кормушку. Майка весьма удачно пару дней назад выломала в ней пару досок, так что образовался запасной выход.

-Кто хоть, кобылка или жеребчик?- интересуюсь я. Ну, бутерброд всегда падает маслом вниз. Юлька осторожно приподняла заднюю ногу жеребенка и разочарованно протянула:

-У-у-у-у, жеребчик,- а потом махнула рукой и закатилась смехом,- да пусть. Нет, ты посмотри, он пегий, ох, и красавец вырастет…

Тут я вспомнила, что нашу рыжую Майку покрыл белый жеребец, и от этого союза родился  жеребенок, интересный по масти — весь белый, а шейка, часть мордочки, бедра и животик-рыжие. Очень красиво распределились  рыжий и белый цвет.

Так мы почти час прыгали около кобылки. Она встала и осторожно, со всех сторон облизывала свое дитя. От каждого движения ее языка  жеребенок напрягался и делал попытку встать. Но длинные ноги, раза в два больше длины его туловища, никак ему не подчинялись, и жеребчик тыкался мордочкой то в ноги кобылы, то в стенку сарая, и мне было его жалко — всю мордашку обобьет о каменные стены… Юлька  в кормушку поставила ведро с водой, и Майка, перешагнув через жеребенка, стала пить. Потом свесила к нам морду, и мы увидели ее глаза…. Шальные, страшно удивленные, и в то же время полные восторга…. Она, конечно, никак не ожидала, что у нее получится такой симпатичный ребенок.Она видно вообще не знала, откуда он появился… но появился, и она воспылала к нему материнской любовью… вся, до последнего волоска, от кончика носа до конца хвоста… все говорило о ее счастье….

Мы установили дежурство, и сидели перед стойлом Майки на скамеечке. Так как пол в стойле был высоко, в кормушке дыра, чтобы жеребенок, в своих героических попытках вставший на нелепые ноги, не провалился в коридор.

Сидеть в сарае — дело неблагодарное. Только я уместилась на скамеечке, как из будки, широко улыбаясь, вышел, потягиваясь,  пенс Бароша, и прикорнул рядом, сделав  попытку лизнуть меня в ухо. Тут же появилась Блоша, покаталась передо мной на  опилках и хитро, из-под черных бровок, на меня глянула…ну, прямо собачья кокетка… поставила лапки мне на колени… Как же, надо воспользоваться удобной ситуацией и попробовать получить свою порцию ласки… Ну, ладно, две собаки. Так появилась еще и третья, Нора, которая плюнула на своих щенков и прислонилась к моей спине. Ну, конечно, сейчас всю меня обслюнявит и обчмокает. Я ее отталкиваю, потрепав по загривку, и всю псарню отсылаю на их места. Некогда мне. У меня дежурство. Ответственное….

Как раз Майка чуть напряглась, и стала выдавливать из себя послед, который выходил пузырями и наконец лег под ее задними копытами. Я скорее взяла ведро и кочергой, а потом руками (он  был скользкий и горячий) переместила его в ведерко. Ведро поставила, не глядя, за спину. И пока Майку осматривала, все ли с ней в порядке, Нора выхватила послед из ведра и, утащив к своему логову, стала его есть. Я не пошла отбирать — лишь бы потом не запоносила, а то сарай утром открывается в 10 утра, может не дотерпеть…

Юлька пришла меня сменить, а я стала кормить поросят, про которых все забыли. Их похлебка остыла. Ну, эти обжорки и холодное умяли только так. Пошла чаю попить. Господи, да разве дадут… Только села, Юлька примчалась:

-Давай скорее, жеребенок  выпал в коридор. Бери недоуздок, выведем кобылу в поле…

Я скорее взяла лошадиную одежку, бегу в сарай, а Майка свесилась в коридор, кормушка трещит под напором 700 килограммов, лошадь кричит и волнуется за свое чадо. Мигом ее взнуздали, и осторожно стали выводить. Жеребчик под ногами путается, но рывками идет-скачет, и за кобылой впритирочку  пробирается. Майка об него спотыкается, я держу повод внатяг, чтобы  неопытная мамаша жеребенка не пнула… Вышли, и пошли, довольно споро, в поле. Небо сильно посветлело — четыре  утра, птицы просыпаются, а мы и не спали…

Ходит кобылка около колышка, а жеребенок пытается молока попить. И под шеей у Майки поискал, и под хвостом, и бок почмокал, и даже переднее копыто ей полизал. Майка не шевелится, ждет, пока дитя неразумное вымя нащупает. Жеребчику на это понадобился почти час, так как надо было не просто вымя у мамки отыскать, но и пытаться на ногах удержаться, а ведь ноги жили сами по себе, а голова —  сама по себе. Но вот обнаружил сосок, и даже сделал пару глотков. Но не запомнил, где попил, снова ищет, правда, уже в нужном районе… Ну, глупышка просто.

Где-то через час, подремав, я пошла к кобылке посмотреть, как они. И уже издалека вижу, как жеребенок уверено скачет по полю. Белое пятнышко его силуэта видно издалека. Вот только останавливаться плохо получается. И стоять неловко. А так- полный порядок.  Подхожу к Майке, Майка зовет жеребенка и закрывает от меня парнишку. Ну, ладно, хитруша, корми своего отпрыска. Попил жеребенок молока, отбежал в сторону, и встал. И такой красивый стоит. Ножки длинные, хвостик метелочкой, голова с ушками аккуратненькая, сам весь такой ладненький, куда только новорожденный уродец подевался?

Другие млекопитающие 02 а

Юлька подошла, я ей говорю:

-Как малыша то назовем?

-Не знаю,- сидит Юлька перед кобылкой и из ладошки комбикормом угощает.

-Орликом?

-Был у нас Орлик.

-Ласточкой?

-Ну, ты придумала, это же жеребчик.

-Знаешь, к нему имя Малыш прямо просится…

-Малыш? Ладно, пусть будет Малыш.

Так жеребчик получил имя в первый день своего жития. Малыш. Малыш родился!

Надежда Шибакина

с. Казинка Тульской обл.

Фото автора

«Дворовая живность и усадьба»