Отцы и дети сцены жестов. Невербальное сопровождение общения в романе И

УДК 316.772.2

А.С. Кузнецова

студентка 3 курса Филологического факультета ФГБОУ ВО «Алтайский государственный педагогический университет»

А.А. Черникова к. пед. н., доцент кафедры психологии ФГБОУ ВО «Алтайский государственный педагогический университет»

г. Барнаул, Российская Федерация

РОЛЬ НЕВЕРБАЛЬНОЙ КОММУНИКАЦИИ В РОМАНЕ И.С. ТУРГЕНЕВА «ОТЦЫ И ДЕТИ»

Аннотация

Статья посвящена проблеме изучения и интерпретации невербальных компонентов коммуникации в текстах литературных произведений.

Ключевые слова

Невербальная коммуникация, средства невербального общения.

Интерес к изучению фрагментов текста, репрезентирующих невербальную коммуникацию в русской литературе, связан с вербализацией спектра эмоционально-чувственных состояний персонажей и особенностями представления невербального общения в русской языковой картине мира. Специфика и назначение невербальных компонентов в литературном произведении соотносится не только с системой портретотворчества. Они выступают необходимым условием для развития интриги произведения.

Невербальные компоненты служат выражением человеческих эмоциональных состояний. На семантическом уровне они ответственны за передачу эмоционального статуса персонажей. Прагматический аспект невербальных компонентов - в их связи со зрителем (читателем), в донесении до последнего основной идеи того или иного героя.

Система жестов, мимики и телодвижений используются в литературных произведениях в качестве средств общения. Они подменяют или усиливают звуковую речь, передают эмоции, раскрывают сиюминутное душевное смятение героев или их тайные замыслы .

Таким образом, чтобы правильно раскрыть характер персонажа, проанализировать его отношение к окружающим его людям, в частности, собеседникам, необходимо исследовать его средства невербального общения.

Литературное творчество максимально приближается к самой действительности за счет единства индивидуализации и обобщения художественного образа. И здесь портретные элементы играют значимую роль.

Художественный жест и мимика создают условный образ театра, свидетельствующий об утрате или приобретении персонажем адекватных отношений с окружающей реальностью .

Писатель, как известно, изображает мир, и поэтому крайне важно научиться видеть то, что художник показывает, надо «увидеть» героя или картину, размещенных не только на первом плане, но и то, что стоит за ними или отодвинуто за сцену. Рассмотреть жесты, мимику, пантомимику, пространственное расположение героя в тот момент, когда проявляется у него волнение, переключается внезапно внимание на другой предмет, в другую сторону, сосредоточенно следить за тем, кто и как говорит, фиксировать портретные детали, хотя автор мог не изображать их. Но самое главное - отработать методику «видеть» и различать повторяющиеся слова, фразы, картины, эпизоды, создающие мотивное «подводное течение» .

Материалом для исследования и интерпретации невербальных компонентов послужил роман И.С. Тургенева «Отцы и дети». Чтобы показать, что средства невербального общения являются показателем истинного отношения героев по отношению друг к друг в процессе коммуникации, мы проанализировали фрагменты данного произведения.

МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «ИННОВАЦИОННАЯ НАУКА» №6/2016 ISSN 2410-6070_

Микротексты из романа И.С. Тургенева «Отцы и дети»

1. «.. .Павел Петрович вынул из кармана панталон свою красивую руку с длинными розовыми ногтями, - руку, казавшуюся еще красивей от снежной белизны рукавчика, застегнутого одиноким крупным опалом, и подал ее племяннику (жест приветствия). Совершив предварительно европейское «shake hands» (рукопожатие (англ.)), он три раза, по-русски, поцеловался с ним (что позволяет писателю усилить психологический эффект), то есть три раза прикоснулся своими душистыми усами до его щек, и проговорил: «Добро пожаловать».

Николай Петрович представил его Базарову: Павел Петрович слегка наклонил свой гибкий стан и слегка улыбнулся (эмоциональная составляющая представлена глаголом уменьшительной разновидности -произвести действие слегка; наклоном и улыбкой герой пытался смягчить отсутствие жеста «рукопожатия»), но руки не подал (отсутствие чувства симпатии и уважения) и даже положил ее обратно в карман (превосходство над собеседником, негативное отношение ).

Я уже думал, что вы не приедете сегодня, - заговорил он приятным голосом, любезно покачиваясь (признак превосходства, высокого положения ), подергивая плечами (сомнение) и показывая прекрасные белые зубы. - Разве что на дороге случилось?

Ничего не случилось, - отвечал Аркадий, - так, замешкались немного. Зато мы теперь голодны, как волки. Поторопи Прокофьича, папаша, а я сейчас вернусь.

Постой, я с тобой пойду, - воскликнул Базаров, внезапно порываясь с дивана (желание уйти от общения, дистанцироваться). Оба молодые человека вышли .

2. «.Одинцова посмотрела на Базарова. Горькая усмешка (чтобы не допустить инотолкования, писатель сопровождает усмешку эпитетом, который позволяет читателю максимально точно представить выражение лица героя: горькая) подергивала его бледное лицо. «Этот меня любил!» - подумала она - и жалко ей стало его, и с участием протянула она ему руку (дружеский жест).

Но и он ее понял.

Нет! - сказал он и отступил на шаг назад (дистанцированность ). - Человек я бедный, но милостыни еще до сих пор не принимал. Прощайте-с и будьте здоровы.

Я убеждена, что мы не в последний раз видимся, - произнесла Анна Сергеевна с невольным движением.

Чего на свете не бывает! - ответил Базаров, поклонился (демонстрация уважения) и вышел.» .

Таким образом, невербальные компоненты играют не маловажную роль в раскрытии подлинного

спектра эмоционально-чувственных состояний персонажей литературных произведений. С помощью средств невербального общения читателю раскрывается подлинный характер персонажей и их межличностные отношения, завуалированные речевой коммуникацией. В литературных произведениях средства вербальной и невербальной коммуникации тесно вплетены в структуру коммуникативного акта и выступают в равных ипостасях.

Невербальные компоненты как источник дополнительной информации о коммуникаторах, являются социально обусловленными и соответствующими эмоциональному состоянию героев, открывают читателю возможность понять психологию персонажей.

1. Невербальные средства коммуникации находятся в системной зависимости от вербальных.

2. Тексты художественных произведений, содержащие описание невербальных компонентов, также отражают эмоции.

3. Воссоздание эмоционально-чувственных состояний персонажей художественного произведения через интерпретацию невербальных компонентов является важной составляющей текстовой категории эмотивности.

4. В синтаксических конструкциях невербальные средства коммуникации могут присутствовать как эксплицитно, так и имплицитно.

Список использованной литературы: 1. Клаутова, О.Ю. Жест в древнерусской литературе и иконописи XI-XIII вв. К постановке вопроса. - СПб.:

МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «ИННОВАЦИОННАЯ НАУКА» №6/2016 ISSN 2410-6070_

ТОДРЛ, 1983. - 258 с.

2. Михайличенко, Б.С. Проблемы литературоведения: теория литературы. - Самарканд: СамГУ, 2009. - 182 с.

3. Пиз, А., Пиз, Б. Новый язык телодвижений. Расширенная версия. - М.: Эксмо, 2009. - 424 с.

4. Тургенев, И.С. Отцы и дети: роман. - М.: Гослитиздат, 1963. - 295 с.

© Черникова А.А., Кузнецова А.С., 2016

Показав в своем романе «Отцы и дети» тип нового героя демократа-разночинца, материалиста и нигилиста Базарова, И.С. Тургенев показывает и то, что, как любой думающий человек, герой не может оставаться на одних и тех же позициях при различных обстоятельствах своей жизни. Базаров не слепой фанатик идеи, не догматик он тоже способен сомневаться, переживать, разочаровываться. Поражение в любви стало для героя первым ударом. Он, отрицавший все романтические чувства, как мальчишка, признался в любви Анне Сергеевне, но она отказалась

От его любви, испугавшись за свое душевное спокойствие и комфорт. Самолюбие Базарова уязвлено настолько, что это стало началом его душевного кризиса, периода тяжких сомнений и неуверенности в себе.

Сцена у стога как раз является свидетельством этого душевного кризиса. Базаров и Аркадий отдыхают в усадьбе у родителей Базарова. Осипа на краю ямы, оставшейся от кирпичного сарая, напоминает Базарову детство и невольно заставляет его сожалеть о прежних безмятежных временах. «Я не понимал тогда, что я не скучал от того, что был ребенком». Ему скучно в доме родителей, ему чужды их мелкие хозяйственные заботы. Что беспокоит самого Базарова? «…Узенькое местечко, которое я занимаю, до того крохотно в сравнении с остальным пространством, где меня нет и где дела, до меня нет; и часть времени, которую мне удастся прожить, так ничтожна перед вечностию, где меня не было и не будет…» Ощущение собственной незначительности и ненужности на этом свете заставляет героя сомневаться в своем предназначении. Каков смысл его жизни и работы, что останется после него? Если крестьянин «Филипп будет жить в белой избе, а из меня лопух расти будет», легче ли от этого герою? Лезть из кожи ради мужика, который «даже спасибо не скажет», в этом ли смысл революционно-демократического движения? Базаров не уверен в своих силах, и единственное, чем он может гордиться, так это тем, что «сам себя не сломал, так и бабенка меня не сломает». Отрицая «глухую жизнь, какую ведут здесь «отцы», Базаров ничего не может ей противопоставить. На вопрос Аркадия, на какой же стороне правда, Базаров говорит, что может ответить, «как эхо: где?». Он отрицает человеческую мораль, сводя все к силе примитивных ощущений: «Отчего мне нравится химия? Отчего ты любишь яблоки? тоже в силу ощущения». Он отказывает человечеству в более глубоком познании мира: «Глубже этого люди все равно не проникнут». А тот вздор, что он несет о Пушкине и якобы о его стихах, показывает насколько одностороннее его естественнонаучное образование. Сцена заканчивается размолвкой с Аркадием, когда сердца обоих молодых людей охватывает «какое-то почти враждебное чувство». Аркадий впервые протестует против «деспотизма»! Базарова, смеющегося над его «красивой» фразой. Он возмущен тем, что Базаров назвал его дядю идиотом, и не только из родственного чувства, но и из чувства справедливости. Не появись отец Базарова, друзья, возможно, подрались бы. Бестактность, бесцеремонность Евгения задевает чувства Аркадия, что еще раз подтверждает, что изначально они чужды друг другу. «Никакая дружба долго не выдержит таких столкновений», говорит автор.

Этот эпизод глубже раскрывает и перелом в мироощущении Базарова и неизбежность и с Аркадием расхождения. Базарову больше нечего добиваться в этой жизни, и нелепая его смерть не будет случайностью это закономерный финал, который автор считает единственно достойным неординарного героя.

Актуальность данного исследования заключается в том, что иногда при анализе художественного произведения бывает недостаточно материала, чтобы охарактеризовать героя, оценить его поступки, понять причины его поведения. Речевая характеристика не всегда является полной, и в таких случаях на помощь придет знание психологии.

Объект исследования - роман И. С. Тургенева «Отцы и дети».

Предмет – невербальные средства общения, а также психологические характеристики героев романа.

Цель исследования – проследить за языком мимики и жестов героев романа, объяснить их, описывая душевное состояние героев; исследовать личности героев и вывести их психологические характеристики.

Задачи: изучение литературы по теме, а также романа И. С. Тургенева «Отцы и дети».

Практическая значимость заключается в том, что оценка героев и их поступков будет более полной, если знать язык невербалики и основы психологии; школьники научатся такому прочтению художественного произведения, при котором больше внимания будет уделяться мельчайшим подробностям, всем важным художественным деталям.

Одинцова сидит, закинув голову на спинку кресла, руки у нее скрещены на груди и обнажены до локтей. Ноги также скрещены, причем туфельки кокетливо выглядывают из-под платья. Голова слегка поворачивается. Эта поза закрытая, но она использует ее для соблазнения Базарова, для вытягивания из него заветных слов. Базаров, в свою очередь, все это время сидит в напряжении, у него дрожат руки. Одинцова кусает угол платка и слегка пожимает плечом, что говорит о нервозности. Затем Базаров разряжает обстановку - делает комплимент Одинцовой, которая тут же оживляется, как всякая женщина.

Постепенно обстановка накаляется, Одинцова начинает говорить медленно, не шевелясь, с расстановкой. После вопроса Базарова: «Чего вы хотите?» - она натягивает на руки мантилью, потом краснеет. Это говорит о том, что Одинцова смущена этим вопросом.

Под конец этого вечера Базаров играет бахромой кресла. Что необычно для него, ведь он – нигилист, а нигилист не нервничает. После окончания разговора Базаров уходит и сильно стискивает руку Одинцовой, не рассчитав своей силы, из чего можно сделать вывод, что у Базарова наблюдается излишнее напряжение. Однако стоит заметить, что Базаров никому и никогда руку не подавал, считая многих людей недостойными его. А Одинцовой он сам (!) подал руку. Это наталкивает на мысль о том, что Базаров признал свое поражение: он считает Одинцову человеком не равным себе, а выше. Вот откуда эта излишняя сила рукопожатия: Базаров ошеломлен переменой внутри себя. Одинцова после его ухода подула на пальцы, затем порывисто поднялась с кресла, подошла к двери, снова села на кресло и задумалась. Она находилась в замешательстве.

Вечер второй. Он начинается с поднятия по лестнице. Одинцова идет первой, Базаров за ней, причем он не поднимает глаз, а только слушает, как шелестит платье, предчувствуя нечто важное, что может произойти в этот вечер.

Одинцова села так же, как и в прошлый раз, и протянула руку, что говорит о просьбе говорить с ней откровенно, так как открытая ладонь – это признак правдивости, затем бросает на Базарова косвенный взгляд, используя этот взгляд для кокетства. На протяжении разговора она делает несколько нетерпеливых движений, в то время как Базаров сидит очень скованно. После вопроса Базарова, может ли она высказать ему все, что у нее на душе, и утвердительного ответа Одинцовой Евгений Васильевич наклоняет голову, по чему можно судить о том, что его увлекает этот разговор.

Затем наступает кульминационный момент этой сцены. Обстановка накалена до предела. Базаров подходит к окну и поворачивается спиной к Анне Сергеевне, которая говорит в это время с испугом, ожидая чего-то. И вот, наконец, она пожинает плоды трудов своих: Базаров признался ей в любви. Причем после этого признания, которое было для него мучительным, он уперся лбом в стекло окна, что значит, что он как будто снял груз со своих плеч.

После этого он бросает пожирающий взгляд на Одинцову, хватает ее руки и прижимает к себе, но она не сразу отходит он него.

Объясняется это тем, что Одинцова просто насладилась моментом, но после решила, что дальше заходить не стоит. Здесь Базаров закусывает губы и выходит. Здесь уже проявляется схема: «не хочешь – не надо». Одинцова после всего происшедшего подходит к зеркалу и встряхивает волосами – «Вот какая я!».

Базаров. Темперамент – флегматический. Тип темперамента – церебротония. Тип телосложения – эктоморф. Нервные процессы – сильные уравновешенные инертные.

Одинцова. Темперамент – сангвинический. Тип темперамента – соматотония. Нервные процессы – сильные уравновешенные подвижные.

Аркадий. Темперамент – флегматический + сангвинический. Тип темперамента – соматотония + висцеротония. Тип телосложения – мезоморф. Нервные процессы – уравновешенные инертные.

Николай Петрович. Темперамент – флегматический. Тип темперамента – висцеротония. Тип телосложения – эндоморф. Нервные процессы – сильные уравновешенные инертные.

Павел Петрович. Темперамент – холерический + меланхолический. Тип темперамента – церебротония + соматотония. Тип телосложения – эктоморф + мезоморф. Нервные процессы – неуравновешенные.

Ситников. Темперамент – сангвинический. Тип темперамента – соматотония. Тип телосложения – мезоморф. Нервные процессы – сильные уравновешенные подвижные.

Кукшина. Темперамент – сангвинический. Тип темперамента – соматотония + висцеротония. Нервные процессы – сильные уравновешенные подвижные.

Василий Иванович. Темперамент – меланхолический. Тип темперамента – церебротония. Тип телосложения – эктоморф. Нервные процессы – слабые.

Арина Власьевна. Темперамент – меланхолический. Тип темперамента – висцеротония. Нервные процессы – слабые. Интровертный чувствующий тип.

Катя. Темперамент – сангвинический. Тип темперамента – висцеротония. Нервные процессы – сильные уравновешенные подвижные.

Фенечка. Темперамент – флегматический. Тип темперамента – церебротония. Нервные процессы – сильные уравновешенные инертные.

Новизна данной работы в том, что такой метод анализа литературного произведения позволяет не только описать поведение литературного героя, его причины, опираясь на наблюдения за его невербальными сигналами, а также исследуя психологическую сторону его личности. Психологическая характеристика помогает нам понять поведение героя, причины его поступков и тайны его внутреннего мира. Знать основы психологии важно в наше время. Ведь уже если только бросить взгляд на человека, то можно предположить, какой он в общении и деятельности. В фирмах штатный психолог – уже обычное дело. Он не только помогает разобраться рабочему персоналу в проблемах, но и определяет, что за человек пытается устроиться на предприятие. И во избежание возможных проблем он сразу определяет, какие качества есть у человека и как он ими может пользоваться.

В начале стоит наиболее сильно выраженный тип темперамента, телосложения, темперамент.

Исследовательская статья о роли и значении портрета в раскрытии характера тургеневского Павла Петровича Кирсанова в романе "Отцы и дети" может заинтересовать учителей литературы старшей школы и подсказать приемы организации исследовательской работы с текстом на уроке или при подготовке проектов по литературе.

Скачать:


Предварительный просмотр:

Андреева Алла Юрьевна,

преподаватель словесности

ГБОУ СОШ № 353 им. А. С. Пушкина

Г. Москвы

О чем может рассказать портрет героя

(Роль и значение портрета Павла Петровича Кирсанова

в романе И. С. Тургенева «Отцы и дети»)

Определимся с понятием ПОРТРЕТ

Понятие ПОРТРЕТА в художественном тексте в литературоведении до сих пор не установилось. Оно трактуется то шире, то уже. В этой работе под портретом подразумеваем составную часть структуры персонажа, которая, наряду с другими структурными составляющими (описанием внутреннего мира персонажа, его внутренней и внешней речи, отношений с другими персонажами и др.), является одним из средств раскрытия характера. За основу берем традиционное понимание портрета как изображения наружности человека, черт лица, фигуры, позы, мимики, жеста, одежды.

Портрет выступает одним из основных средств индивидуализации персонажа. Помимо внешних, физических характеристик в него включаются сведения о прическе, одежде, манерах, аксессуарах, то есть о том, что выражает вкусы, пристрастия, привычки - индивидуальность героя .

Портрет Павла Кирсанова как параллельный сюжет

Наблюдение за портретом Павла Петровича Кирсанова – цель моей контрольной работы. Портрет Кирсанова – не только основное средство характеристики, но сюжетообразующий элемент, параллельный сюжет. Даже в решении конфликта «отцов и детей» ярким аргументом «против» изнеженного крепостника станет его портрет, «спорящий портрет», противопоставленный Базаровскому «мужицкому» началу.

Повторюсь: портрет Павла Петровича Кирсанова в романе занимает значительнейшее место. Убедимся в этом, если предпримем своеобразный исследовательский экскурс за героем. Оказывается, портрет Павла Петровича выписывается или дописывается всюду, где объявляется герой или о нем ведут речь, а именно - в главах: IV, V, VI, VII, VIII, X, XXIII, XXIV, XXVIII. Такой композиционный компонент – весомый аргумент в пользу нашего утверждения о том, что портрет Кирсанова – один из основных приемов раскрытия характера героя. Добавим к этому, что при помощи контраста (скрупулезного сопоставления мимики, жестов, одежды, внешних деталей, которое идет до мелочей параллельно) с Базаровским портретом, мы еще сильнее чувствуем и основной конфликт произведения (столкновение либерализма и революционной демократии), и социальный, и идейный, и этический, и эстетический конфликт двух сильных личностей: Кирсанова и Базарова. И конфликт старого и нового.

О чем нам поведал первый портрет героя

Павел Кирсанов является перед нами в подробнейшей портретной зарисовке, самой большой и емкой из многочисленных портретов и штрихов к нему, рассеянных по всему пространству романа и сопровождающих Кирсанова всюду и всегда, что бы он, ни делал, в какую бы ситуацию ни попал.

Итак, глава IV: «В это мгновение вошел в гостиную человек среднего роста, одетый в темный английский сьют, модный низенький галстух и лаковые полусапожки, Павел Петрович Кирсанов. На вид ему было лет сорок пять: его коротко остриженные седые волосы отливали темным блеском, как новое серебро; лицо его, желчное, но без морщин, необыкновенно правильное и чистое, словно выведенное тонким и легким резцом, являло следы красоты замечательной; особенно хороши были светлые, черные, продолговатые глаза. Весь облик Аркадиева дяди, изящный и породистый, сохранил юношескую стройность и то стремление вверх, прочь от земли, которое большею частью исчезает после двадцатых годов».

Социально-психологические черты героя четко прописаны. Облик старшего Кирсанова возвращает нас к Онегинской эпохе, изящной, сориентированной на английские вкусы и манеры, ко времени дендизма. Аристократы-денди несли себя над землей, они не садились на коня, а взлетали в седло, их тросточки тончайшей работы только подчеркивали легкость походки их владельцев. «Острижен по последней моде,/ Как денди лондонский одет» был Пушкинский лишний человек Онегин. Короткая английская стрижка (в Пушкинском романе контрастировавшая с длинными волосами Ленского) здесь, в шестидесятых, - признак консервативности вкусов тургеневского героя, но также, как в романе Александра Сергеевича, она - способ подчеркнуть контраст с «волосатым» Базаровым. И все же Павла Петровича не назовешь по внешности отсталым старичком. Это ясно, потому что в описании одежды героя заметен эпитет – «модный» (речь идет о низеньком галстуке). Галстук модный, а сам тип ужасно устаревший, и совсем «лишний» в России, которой «преобразования необходимы», а не демагогические рассуждения о патриархальности народа. Возможно, чувствуя, что его время ушло, он усиленно молодится.

Вот так – через описание внешности героя - уже пошел разговор о времени. Точнее – даже о двух эпохах: эпохе, породившей эстетические запросы героя, и о современности Тургенева – о 60-х годах, еще сохраняющих те пристрастия, причем – как признак изысканного, классического аристократизма, скорее даже снобизма.

Так что есть красота?

Через первое же описание вычисляется и авторское отношение не только ко внешности, но к личности героя.

Первое, что замечается сразу, - красивость облика господина, подчеркнутая много раз. Уже при первой «презентации» своего классового «собрата» Тургенев в одном только предложении дважды употребил один эпитет: « Павел Петрович вынул из кармана панталон свою красивую руку с длинными розовыми ногтями, - руку, казавшуюся еще красивей от снежной белизны рукавчика, застегнутого одиноким крупным опалом, и подал ее племяннику». До этого мы уже встречали в зарисовке однокоренное слово: «лицо его... являло следы красоты замечательной».

Рука как произведение искусства

Сфокусируем внимание на руке Павла Петровича. Это не просто часть тела нашего изнеженного и холеного, «уважающего себя» героя, а это объект любования и автора, и читателя. Она, рука барина, украшена белоснежными рукавчиками с дорогими запонками.

Проследим за жестами этой холеной руки. Здороваясь с Базаровым, Павел Кирсанов вызывающе прячет ее: «Павел Петрович … руки не подал и даже положил ее обратно в карман». Многое в натуре героя раскрывает этот демонстрационный жест: высокомерие, снобистское неуважение к любому плебею или даже к внешне антипатичному ему человеку. Базаров, правда, тоже «руки сразу не подал» отцу Аркадия, но в том случае это смущение, даже какая-то неуверенность демократа.

Думать о красе ногтей?

Особое внимание в романе уделено небольшой, казалось бы, детали. Вспомним ногти Павла Петровича. Автор акцентирует на них внимание. Это длинные розовые – ухоженные! - ногти мужчины (явно не отягощенного физическим трудом), которым позавидует иная женщина. Если внимательно проследить за этими кирсановскими ногтями, то пропишется целая история внутренних эмоциональных переживаний Павла Петровича. И автор не упускает этой возможности. Например, узнав, что однокурсник племянника задержится у них в гостях, «Павел Петрович постучал ногтями по столу». Умиляясь упитанностью племянничка Мити, дядя «пощекотал двойной подбородок Мити концом длинного ногтя на указательном пальце». Не первый раз автор не только любуется внешней пафосной красотой джентльмена, но и иронизирует по поводу них. Здесь ноготь щеголя стал его игривым орудием.

Эти лакированные ногти «золотой молодежи» уже описаны до Тургенева Пушкиным, тоже с юморком сказавшим о кабинете своего повесы, где

Щетки тридцати родов
И для ногтей и для зубов .

Быть можно дельным человеком

И думать о красе ногтей.

Тургенев же в этом вопросе, как мне кажется, на стороне Базарова, который саркастически ухмыляется: « Ногти-то, ногти, хоть на выставку посылай!» Естественно, язвит оппонент Кирсанова не столько над самими ногтями, сколько над никчемным щегольством деревенского барина: «Да, стану я их баловать, этих уездных аристократов! Ведь это все самолюбивые, львиные привычки, фатство». И все это на фоне «обтерханной России»…

Умилимся или усмехнемся?

Да и словоупотребление писателя в описании одежды явно отдает не ласкательным, а уменьшительным - иронизирующим оттенком: « маленькая феска», «лаковые полусапо жк и», воротни чк и пестр еньк ой рубашки». Эти воротнички сразу замечены и высмеяны Базаровым: « Та кие у него удивительные воротнички, точно каменные».

Лейтмотивная деталь портрета

Это пока мелочи, которые проявляют авторское отношение: оно не столько восторгающееся, сколько ироничное. Вызывает улыбку и выписанная Тургеневым деталь – душистые усы Павла Петровича. Он вальяжно и степенно « три раза прикоснулся своими душистыми усами до его (Аркадия) щек ». Еще не раз Аркадий почувствовал на своих щеках « прикосновение его душистых усов», - этакое умильное проявление родственных чувств. Снова сквозит авторская ироничность.

Мы не ошибаемся в наших выводах о Тургеневском замысле в оценке героя. Тургенев высказался однозначно: «Меня уверяют, что я на стороне "Отцов"... я, который в фигуре Павла Кирсанова даже погрешил против художественной правды и пересолил, довел до карикатуры его недостатки, сделал его смешным!"

Ох, уж эти аристократические носы!

«Кочующие» детали

Ирония автора набирает силу дальше, в VII главе, где следует описание того, за что уважали провинциалы нашего аристократа: а « его уважали за его отличные, аристократические манеры, за слухи о его победах; за то, что он прекрасно одевался и всегда останавливался в лучшем номере лучшей гостиницы; за то, что он вообще хорошо обедал, а однажды даже пообедал с Веллингтоном у Людовика-Филиппа; за то, что он всюду возил с собою настоящий серебряный несессер и походную ванну ; за то, что от него пахло какими-то необыкновенными, удивительно "благородными" духами…» Ладно – куда ни шло: уважать за отличные манеры стоит, за умение одеваться тоже можно, в конце концов, как говорится, по одежке встречают… Но уважение за походные аксессуары… (Явно ироничная подробность). Уважение за запах духов… Так и напрашивается ехидный вопрос: а больше уважать не за что?

Между прочим, - к вопросу о запахах, о чувствительных носах классических аристократов. Это кочующая деталь классики. В сказке М. Е Салтыкова-Щедрина «Дикий помещик» помещик страдает от мужицкого духа и по глупости радуется: «Вышел помещик на балкон, потянул носом и чует: чистый-пречистый во всех его владениях воздух сделался. Натурально, остался доволен». А с водворением исчезнувших мужиков на место «опять запахло в том уезде мякиной и овчинами», но базар, благодаря этим потом пропахшим мужикам, стал ломиться от товаров. В поэме Н. А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» у Оболты-Оболдуева тоже «страдало обоняние», когда он, выказываясь либеральным помещиком, в Воскресенье Светлое со всей своею вотчиной христосовался сам. «Сгоняли после с вотчины баб отмывать полы».

Этой «утонченностью» нюха отличается и Кирсанов старший. Тургенев повторяет это не единожды. Аркадий говорит о дяде, что, мол, он « всегда вступается за крестьян; правда, говоря с ними, он морщится и нюхает одеколон...» Мимика, проявляющая презрительное, даже брезгливое отношение Кирсанова к мужикам.

Даже в лихорадочном состоянии после ранения на дуэли, хотя «он переносил свой, как он выражался, плен довольно терпеливо, только уж очень возился с туалетом и все приказывал курить одеколоном ». В главе XXIII снова в портретной зарисовке «благоухает» Павел Петрович: « раз даже приблизил свое раздушенное и вымытое отличным снадобьем лицо к микроскопу, для того чтобы посмотреть, как прозрачная инфузория глотала зеленую пылинку и хлопотливо пережевывала ее». В главе XXIV, когда благословляет брата на брак с Фенечкой, « Павел Петрович помочил себе лоб одеколоном и закрыл глаза».

От внешности –

к постижению внутреннего мира героя

Все перечисленное выявляет не только авторское отношение, но и углубляет, делает многогранней характеристику внутреннего мира героя. Его туалет, педантичная опрятность, явно чрезмерное усердие в многоразовом переодевании в течение дня – это способ самореализации, самоутверждения героя, оскудевшего, потерявшего себя и как мужчина и как гражданин. Остается «соломинка», за которую он и ухватился: пусть хоть сохранение внешнего лоска бывшего светского льва убеждает его самого, что ничего не изменилось, что он все также хорош, гибок станом, и подбородок выбрит, и голова закинута назад… Это пытается он втолковать Базарову: «Вы изволите находить смешными мои привычки, мой туалет, мою опрятность наконец, но это все проистекает из чувства самоуважения, из чувства долга, да-с, да-с, долга. Я живу в деревне, в глуши, но я не роняю себя, я уважаю в себе человека». (Ну да - а за что еще ему уважать себя? Вмешиваться в хозяйство, доверенное брату, нет ни желания, ни умения… Должна же быть у человека точка опоры). Так через внешность мы постигаем весь внутренний мир (довольно ограниченный!) консервативного либерала, его идеалы, его цели, его образ жизни (Конечно, словесные перепалки оппонентов не менее значимы).

Когда некуда больше спешить

Портрет Павла Петровича выписан по-тургеневски в деталях несколько раз, но чаще автор дополняет преподнесенный нам портрет штрихами, мелкими деталями, например, подчеркивая сдержанную (до определенной поры) манеру говорить – изысканное молчание и неторопливость. Вот первый ужин в Марьино: « Павел Петрович медленно похаживал взад и вперед по столовой (он никогда не ужинал), изредка отхлебывая из рюмки, наполненной красным вином, и еще реже произнося какое-нибудь замечание». Эти неторопливые жесты – знаки аристократической воспитанности, тем более все это – за столом, местом, где еще можно покрасоваться. Но, мне кажется, это заторможенность движений в этот вечер не только от привычки не торопиться, а еще и симптом процессов, которые начались в голове (но как человеку воспитанному это нельзя показывать, он пока еще умеет властвовать собою): в доме объявляются люди иного круга, еще и претендуют на ум и, кажется, не уважают его – его Павла Кирсанова!

Несомненно мы правы. Чуть дальше автор приглашает нас вглядеться в лицо отходящего ко сну озабоченного Павла Петровича: « Бог знает, где бродили его мысли, но не в одном только прошедшем бродили они: выражение его лица было сосредоточенно и угрюмо , чего не бывает, когда человек занят одними воспоминаниями».

Тут и гадать не о чем мысли: сегодня проблема одна: «Этот лекаришка у нас гостить будет»…

И снова проследим за жестом

В главе V после детального описания утреннего туалета героя (его, разумеется, нельзя было упустить или сократить – ведь на него потрачено Кирсановым столько времени!) снова через жест (портрет этим дописывается) можем пронаблюдать и нарастание недовольства Кирсанова приятелем Аркадия, и замедленность реакций, так как заторможен образ жизни этого дворянина.

Итак, речь идет о Базарове, о том, что он не любит церемоний.

Да, это заметно. - Павел Петрович начал, не торопясь, намазывать масло на хлеб. - Долго он у нас прогостит?

Как придется. Он заехал сюда по дороге к отцу

А отец его где живет?

В нашей же губернии, верст восемьдесят отсюда. У него там небольшое именьице. Он был прежде полковым доктором.

Тэ-тэ-тэ-тэ... То-то я все себя спрашивал: где слышал я эту фамилию: Базаров?.. Николай, помнится, в батюшкиной дивизии был лекарь Базаров?.. Так этот лекарь его отец. Гм! -Павел Петрович повел усами.

Ну, а сам господин Базаров, собственно, что такое? - спросил он с расстановкой…

Он нигилист.

Как? - спросил Николай Петрович, а Павел Петрович поднял на воздух нож с куском масла на конце лезвия и остался неподвижен…

Нигилист, - проговорил Николай Петрович. - Это от латинского nihil, ничего, сколько я могу судить; стало быть, это слово означает человека, который... который ничего не признает?

Скажи: который ничего не уважает, - подхватил Павел Петрович и снова принялся за масло.

Медлительность Павла Петровича – отличительная черта. В гл VIII: «Павел Петрович медленно подходил к окну».

Эта заторможенность движений бывшего подвижного офицера, который когда-то « ввел было гимнастику в моду между светскою молодежью» - опасный знак, через который проявляется потеря организмом внутренней пружины. А, возможно, это знак шоковой реакции на новые мысли.

О мимике

В VI главе под пристальным взглядом Тургенева остается мимика Кирсанова, уже «заведенного» базаровским нигилизмом, но все еще из «принсипа» сдерживающего проявление эмоций. Но как трудны ему эти потуги: « лицо его приняло такое безучастное, отдаленное выражение , словно он весь ушел в какую-то заоблачную высь». Потом « заговорил он опять, не без некоторого усилия ». Далее «промолвил Павел Петрович и, словно засыпая, чуть-чуть приподнял брови ». А затем «Павел Петрович слегка побледнел »…

Конфликт, судя по выражению лица аристократа, накаляется…

Чем еще жив человек

Есть в романе моменты, где оживает герой, где еще пульсирует в глазах, в жестах, в мимике остаточная энергия. Глава VIII. Павел Петрович в комнате Фенечки.

При появлении Фенечки Павел Петрович строго нахмурил брови ,

Подходя к комнате Фенечки, « подергал себе усы», потом « торопливо обернулся и нахмурился» … « И, приняв равнодушное выражение , Павел Петрович тотчас же вышел вон из комнаты».

–«Ах, как я люблю это пустое существо! - простонал Павел Петрович , тоскливо закидывая руки за голову .

И самый выразительный в этом плане знак: « Павел Петрович, сам Павел Петрович прижал ее руку к своим губам и так и приник к ней, не целуя ее и только изредка судорожно вздыхая».

Итак, когда дело касается чувств, пережитых в отношениях с княгиней Р. и встревоженных Фенечкой, Кирсанов не может скрыть нервного возбуждения, его выдают и рефлекторные жесты и скорый взор: «Бросив вокруг быстрый взгляд , который скользнул и по лицу Фенечки». Как он теперь напоминает прежнего молодого влюбленного! Но, увы, он судьбой обречен на трагические переживания. Сколько страданий в кирсановском судорожном «поцелуе» руки сожительницы брата! Сколько разных размышлений стоит за деталью: нет настоящего поцелуя, а только прижатая к губам рука!..

Глубокая внутренняя борьба страсти и порядочности видна в том, как, уговаривая Николая жениться на Фенечке, он благословляет с унылой улыбкой.

Как много можно сказать жестом

Выразительным жестом Павла Петровича сопровождает писатель диалог братьев Кирсановых о книге, рекомендованной сыном Николаю Петровичу. «Николай Петрович вынул из заднего кармана сюртука пресловутую брошюру Бюхнера, девятого издания. Павел Петрович повертел ее в руках». А узнав, что брат пытался это читать, « Павел Петрович опять повертел книгу в руках и исподлобья взглянул на брата». Отметим прослеживающуюся закономерность: Тургенев, выписывая портрет или его элементы, избегает собственного комментария или толкования, оставляет это на читательское восприятие. Что можно «вычислить» за этим повторившимся жестом – повертыванием брошюры? Именно - повертыванием, а не перелистыванием! Предполагаю, что за жестом скрыты мысли типа: и стоит ли внимания эта ерунда? Без подобных книжек обходились прекрасно! И кому это нужно? Тоже мне – умники выискались… Или что-то в этом роде. А за взглядом исподлобья вообще прочитывается даже обида на брата, который пытается приспосабливаться к новым веяниям.

Словесная дуэль под выбранным нами ракурсом.

Когда слова бессильны…

Х глава – кульминационная в развитии сюжета. Здесь развернулась словесная баталия либерала и демократа. Но в этой работе мы проследим за накалом страстей только по мимике, по движению губ и рук, причем только Павла Петровича. Несколько выписок:

1. « Позвольте вас спросить», - начал Павел Петрович, и губы его задрожали.

2.Павел Петрович взмахнул руками .

3.Воскликнул с внезапным порывом Павел Петрович,

4. Павел Петрович улыбнулся и, положив руку на плечо брату

5.Павел Петрович посмотрел на своего племянника и усмехнулся .

1-ый пример – губы героя выдают его возмущение и негодование.

2-ой – готовность бороться и утверждать свои принципы.

3-ий – азарт и убежденность.

4-ый – снисходительность и желание успокоить брата: мы-де собой владеем…

5-ый – презрение: и этот мальчишка туда же, но тебя в расчет не берем.

Потом Тургенев обращает основное внимание на манеру говорить : Павел Петрович « возопил», «воскликнул», «закричал »… « отрывисто сказал ему». Все эти глаголы передают, насколько возбужден, возмущен бессильный в споре человек.

Когда П. П. стал свидетелем поцелуя Базаровым Фенечки, на его лице «злобная унылость», а за завтраком «Николай Петрович заботливо спросил у него, здоров ли он ? До того лицо его потемнело». Это симптомы внутренней бури, злобы. П. П. сам саркастически иронизирует над тем, что творится в возмущенной душе: «Ты знаешь, я иногда страдаю разлитием желчи».

Почему исчезли жесты и мимика?

В сцене вызова на дуэль привлекает внимание поза джентльмена:

«усаживаясь на стуле у окна и опираясь обеими руками на красивую трость с набалдашником из слоновой кости».